(их идеи
подводных лодок
ракет
атомных бомб
пулемётов ...
нашли применение)
Неизвестный СССР:
Штандартенфюреру СС – две Сталинские премии
и
«Победу» в придачу
для штандартенфюрера СС
24 декабря 1946 года по улице подмосковного рабочего посёлка Фрязино
шёл хорошо одетый мужчина.
Он спросил милиционера, где центральный район.
Милиционер уловил акцент и решил, что тот шпион.
Незнакомца забрали в участок и вызвали дядю из МГБ в штатском.
Тот не поверил «шпиону».
Быть того не может!
Как, рядом с его конторой во Фрязино – целое германское КБ?
В итоге через несколько часов «дядю» просветили, и он долго извинялся.
«Шпион» оказался профессором Вальтером Хассом,
работавшим в германском секретном НИИ-160 во Фрязино
Пожарный надзор не был в НИИ во Фрязино семь лет URL:
в усадьбе князей Трубецких.
Оценим уровень секретности в НИИ-160, когда
даже местные чекисты были не в курсе происходившего за забором.
Видео дня
Во Фрязино работали 86 германских специалистов. Оплата у немцев была существенно выше, чем
у аналогичных советских специалистов. Так, академик Н.Д. Девятков писал:
«Научный консультант доктор Штаймель
получал 7000 рублей в месяц,
я же после возвращения из Германии, занимая должность заместителя директора по научной работе,
получал в месяц 1400 рублей.
Немецким специалистам и их семьям разрешалось в сопровождении переводчиков посещать Москву,
бывать в театрах, магазинах и т.д.».
Рядом с Фрязино в санатории «Монино»
в посёлке Лосино-Петровском и во дворце знаменитого «колдуна»
Якова Брюса в 1946-1953 годах жили другие немцы.
Там находилось спецбюро № 1
при московском НИИ-885.
В «Монино» работали 54 специалиста,
создававшие
электронные системы для ракет, атомных реакторов и спецзарядов.
Итак, по всей стране от Ораниенбаума до Сухуми
Лаврентий Берия по приказу Сталина создал целый архипелаг НИИ и КБ,
где
трудились германские учёные и инженеры.
Отлов германских специалистов начался ещё в апреле 1945 года.
Причём многие учёные сами обращались к советским властям,
зачастую перебегая из западной зоны оккупации в советскую.
С мая 1945 года по октябрь 1946 года
в советской зоне оккупации было создано и работало несколько десятков различных НИИ и лабораторий,
где под контролем офицеров НКВД и советских конструкторов работали тысячи германских учёных и инженеров.
Немцы к маю 1945 года намного опередили все страны мира практически
во всех областях науки и техники.
Лишь в области создания ядерного оружия и радиолокации они совсем немного отставали от США.
Над чем работали «шарашки» в Германии?
Над всем.
От пулемётов и пушек до крылатых ракет ФАУ-1
и
баллистических ракет ФАУ-2.
Так, авиационные двуствольные германские пушки
со временем преобразовались в ГШ-23.
А одноствольный «многопульный»
германский пулемёт,
из которого в полёте истребитель Ме-109
стрелял с темпом 6000 выстрелов в минуту,
в
СССР испытывался, но сделать ничего подобного не смогли.
Германские авиастроители создали проекты и опытные образцы реактивных истребителей и бомбардировщиков
с прямой и обратной стреловидностью крыла.
Понятно, что правительство США и Англии,
получив от своих разведок данных о работах
над супероружием в германо-советских КБ,
потребовали от Сталина прекратить их.
Сталин уступил.
В ночь на 22 октября 1946 года по улицам Берлина,
Дессау, Штрасфурта и других германских городов загрохотали сотни легковых и грузовых автомобилей
с автоматчиками.
Свыше 8 тысяч гражданских лиц были посажены на автомобили и доставлены на железнодорожные вокзалы.
Далее их погрузили в товарные вагоны, и десятки эшелонов двинулись на восток.
Так началась совсекретная операция «Осоавиахим»,
которой лично руководил замнаркома внутренних дел
Иван Серов.
Кстати, он занимал ещё две должности:
заместителя главы советской военной администрации в Германии
и члена спецкомитета по реактивной технике при Совмине СССР.
К операции было привлечено свыше 2,5 тысяч офицеров НКВД.
Что это? Очередная депортация?
И да, и нет.
Подавляющее большинство немцев ехали добровольно,
подписав контракты.
На дорогу «депортированные» получили неплохой паёк и командировочные от 3 до 10 тысяч рублей,
в зависимости от занимаемой должности.
С собой разрешалось (даже рекомендовалось!) брать
семьи, мебель, музыкальные инструменты,
включая пианино,
а также прислугу, особенно нянь и гувернанток.
«Бериевские палачи»,
в отличие от наших думцев и журналистов, понимали, что полноценной отдачи от учёного нельзя получить,
когда он будет вскакивать по ночам от каждого писка, мыть детей, делать с ними уроки и т.д.
Кстати, сотрудники НКВД
не смотрели на штампы в паспортах немцев,
и те запросто брали с собой любовниц,
на которых автоматически выписывались пайки и надбавки.
Доходило до анекдотов.
Одна дама отказалась ехать без любимой коровы.
Ну и что?
Корову тоже «депортировали».
Ну, а почему немцев везли в товарных вагонах?
Для конспирации.
Собрать несколько сот классных пассажирских вагонов на территории советской зоны в Германии и в Польше и Чехословакии
было делом несложным,
но это демаскировало бы операцию «Осоавиахим».
Уже через две недели после начала операции все немцы были распределены
по тридцати одному заводу и КБ
девяти министерств по всему СССР.
В ходе войны немцы создали первые в мире подводные лодки
(XXI и XXIII серии).
До 1944 года существовали только ныряющие лодки.
Лодки же XXI и XXIII серий должны были практически всё время проводить под водой.
Их подводная скорость была больше надводной.
А союзные противолодочные силы были
не в состоянии им противодействовать.
Советские и германские инженеры на базе XXI серии
создали знаменитые подводные лодки проекта 613.
Проект 613 — субмарина с простотой и надежностью винтовки-«трехлинейки» URL:
Работавшее в Германии ЦКБ-18,
изучавшее германские подводные лодки с единым двигателем и танкодесантные катера на подводных крыльях,
было перебазировано в Ленинград.
В ходе операции «Осоавиахим» германских авиационных специалистов отправили
на опытный завод № 1 в посёлок Подберезье Кимрского района
в 100 км на север от Москвы,
на берегу Московского моря.
Сейчас Подберезье вошло в черту города Дубна.
Специалистов по турбореактивным двигателям отправили на опытный завод № 2,
расположенный на Волге недалеко от Куйбышева.
Там же разместили и группу прибористов во главе с Лертесом,
так как ограниченные возможности завода № 1 не позволяли организовать там третье ОКБ.
Небольшие группы двигателистов были отправлены на заводы
№ 500 в Тушино
и
№ 456 в Химках.
Немцы, работавшие в НИИ-400 над созданием уникальных торпед,
включая реактивные и самонаводящиеся, а также «интеллектуальных» морских мин,
жили и работали в огромном Меншиковском дворце в Ораниенбауме.
Для детей младшего школьного возраста в Парковской школе
(здание Картинного дома великого князя Петра Федоровича)
был организован спецкласс, которым руководила Александра Алексеевна Дедова.
С её слов немецкие дети были «не в пример нашим
генетически дисциплинированны, аккуратны и учились только на отлично.
Русским языком овладели молниеносно.
Но, как и взрослые, любили ставить свою учительницу в тупик вопросами:
“А почему за одинаковую работу моему папе платят в пять раз больше, чем вашим?”.
На замечание учительницы:
“Левис, не балуй!”
– мальчишка немедленно ее поправлял:
“Я не Левис, а фон Левис!”».
В ракетном институте «Берлин»
работало 1283 германских сотрудника.
В состав института входило КБ-3, где сто немцев занимались модернизаций зенитных ракет «Шметтерлинг» и «Рейнтохтер».
Увы, работало КБ-3 недолго.
Вскоре почти всё его оборудование, доставленное с фирмы «Аскания», и немецкие специалисты
были отправлены в Москву в Специальное КБ-1 (СБ-1).
СБ-1 было создано в 1946 году
и первоначально находилось в ведении НКВД,
а затем МВД.
СБ-1 было определено головным в разработке
управляемых крылатых и зенитных ракет.
Начальником и главным конструктором был назначен
доктор технических наук Павел Николаевич Куксенко,
а его заместителем – 23-летний выпускник Ленинградской военной академии связи
Серго Лаврентьевич Берия.
Для размещения лабораторий и опытных цехов на развилке Ленинградского и Волоколамского шоссе в Москве
строится огромное 13-этажное здание
(Ленинградский проспект, дом 80, корпус 16).
В КБ-1 была создана первая в СССР зенитная ракета С-25,
входившая в комплекс «Беркут»
(Берия – Куксенко),
прикрывавший Москву.
В начале 1946 года в Германии для изучения ракет ФАУ-2
был организован
институт «Нордхаузен»,
Но́рдхаузен — советский институт, созданный в феврале 1946 года
для изучения немецких ракет Фау-2
в городе Нордхаузен.
В «Нордхаузен» вошли три завода
по сборке ракет Фау-2,
институт «Рабе»,
завод «Монтания»,
занимавшийся изготовлением двигателей для Фау-2,
и
стендовая база в Леестене,
где осуществлялись их огневые испытания,
а
также завод в Зондерхаузене, занимавшийся сборкой аппаратуры системы управления.
директором которого назначили
Л.М. Гайдукова, а главным инженером – С.П. Королёва.
В августе-октябре 1946 года немцев-ракетчиков вывезли в СССР.
На острове Городомля
разместили филиал № 1 НИИ-88,
где главным конструктором был С.П. Королёв.
На остров прибыло более 150 специалистов,
а с семьями число немцев доходило до 500 человек.
В их числе было 13 профессоров,
32 доктора-инженера,
85 дипломированных инженеров
и
21 инженер-практик.
Имперский военный музей Лондон
Ракета Фау-2
Имперский военный музей. Часть II – артиллерия и редкие боевые спецсредства URL:
Немцы в Городомле разрабатывали мощные ракеты.
Так, разрабатывалась баллистическая ракета
Г-2
с дальностью стрельбы от 2000 до 2500 км.
Вес её боевой части достигал тонны.
Двигательную установку для такой ракеты предлагалось сделать «связкой»
из трёх двигателей Р-10
и
получить таким образом общую тягу свыше 100 т.
Этот проект впервые предусматривал отказ от газоструйных рулей,
что избавляло двигательную установку от потери тяги за счёт газодинамического сопротивления рулей,
стоящих в потоке горячих газов,
и
повышало надёжность управления.
Подобное было сделано Королёвым только на межконтинентальной ракете Р-7.
Руководитель советского атомного проекта
Лаврентий Берия привлёк к работе 7 тысяч немецких специалистов.
В своём отчёте Сталину 23 декабря 1946 года
И.В. Курчатов сообщал,
что всего в 9-м Управлении МВД СССР работает
257 немецких специалистов,
из которых 122 доставлены из Германии,
а 135 – из лагерей для военнопленных:
- на заводе № 12 (директор докт. Риль) в Ногинске – 14;
- в Институте «Г» (директор проф. Герц) в Сухуми – 96;
- в Институте «А» (директор Арденне) в Сухуми – 106;
- в Лаборатории «В» (проф. Позе) в городе Обнинске – 30.
В мае 1945 года свои услуги НКВД предложил
штандартенфюрер СС, кавалер Рыцарского Креста с дубовыми листьями
Именно он разработал метод газодиффузионной очистки изотопов урана (гексафторид, или шестифтористый уран)
и
разделения изотопов урана 235 в центрифуге.
Его лабораторию охраняло подразделение СС.
В 1947 и 1953 годах бывший штандартенфюрер СС
был удостоен Сталинских премий.
Неплохие по тем временам награды получили и другие немецкие атомщики.
Так, в октябре 1949 года после взрыва первой советской ядерной бомбы профессор Риль
был награждён Сталинской премией первой степени
– 350 тыс. рублей
и
автомобилем «Победа»,
а также новым коттеджем на 25-м километре Волоколамского шоссе.
Мало того, Риль был представлен к званию
Героя Социалистического Труда.
Два других германских специалиста
– Г. Вирту и Г. Тинге
– получили ордена Трудового Красного знамени,
звания Лауреатов Сталинской премии второй степени
и
премии в 35 тыс. рублей.
В институт «А» в Сухуми,
руководимый Арденне,
Берия направил в качестве переводчиц
50 симпатичных девушек в возрасте 17-19 лет.
Кто-то из особистов в шутку назвал их «немецкими Танечками».
Это название прижилось и даже появилось в секретной документации.
«Танечки» переводили и «стучали»,
а в свободное от работы время
скрашивали досуг немцев.
В 1955 году немцев из Сухуми отпустили на родину.
Вместе с ними уехали 23 жены-«Танечки» и 14 детей.
Вы не можете начинать темы Вы не можете отвечать на сообщения Вы не можете редактировать свои сообщения Вы не можете удалять свои сообщения Вы не можете голосовать в опросах
FAQ
Поиск
Пользователи
Группы
Регистрация
Профиль
Войти и проверить личные сообщения
Вход
